- Я не выбирал семью.

- Правильно говоришь, мы тебя просто недооценили. Не пора ли нам, доченька, возвращаться домой? - вдруг обратилась она к Алле.

- Да, мам.

- Поехали зятек.

Под усиленной охраной нас отвозят в гостиницу. Хозяйка убралась, оставив нас одних в номере, как она мило выразилась на последок: "...Продолжать делать наследника..."

Мое положение хреновое. Хозяйка сдержала слово, отдала мне карточку, однако использовать ее нельзя, так как меня никуда не выпускают. Из гостиницы мы переехали в новую квартиру, которая несмотря на современный стиль отделки и мебели, для меня была тюрьмой, окна затянуты решетками, охраны полно. Константин Ильич тоже надул, уже ни о какой работы не упоминали, о подарке в виде машины типа "Мерседес" ни слова, да и сам он не появлялся сюда со дня свадьбы. Зато Аллочка имела тысячу возможностей, чтобы уйти. Она все время куда-то убиралась по вечерам и иногда ночью появлялась в квартире пьяная в доску. Я пытался узнать у ее охранников, где она шлялась, но они только ухмылялись в ответ и ни слова мне не говорили.

И однажды, по моему, на пятый день после того, как мы переехали в квартиру, Аллочка пришла домой навеселе. Со скуки я решил всю накопленную энергию выпустить на нее.

- Где ты была?

- Где была, там была.

- Опять пила.

- Какое твое дело?

- А вот какое.

И я зафитилил ей в глаз. Мою жену подбросило в воздух, потом женщина грохнулась на ковер и метров пять юзом бороздила шерсть ковра, пока не уперлась головой в стенку. Сначала она лежала неподвижно, потом зашевелилась и села на пол, опершись на стену, потрясла головой, потрогала рукой глаз.

- Ты меня ударил?

- Хочешь еще врежу?

- Нет. Но знаешь ли ты, кого ты ударил?

- Знаю, пьяную сучку.

- Ты ударил мать ребенка. У меня будет ребенок и... и ты...